Байки Семипалатинского полигона

Из  цикла  байки  Семипалатинского  полигона

ВСТРЕЧА

Московские  байки  Генерального  штаба,  что  лейтенанта  очень  ждут  на  ядерном  полигоне  в  Семипалатинске  и  что  его  встретят  в  аэропорту  быстро  развеялись  по  прилету  в  Семипалатинск.  Лейтенант  еле  успел  разобрать  среди  автобусов  неприметный  с  “надписю”  Курчатов.  Через  три  часа  езды,  когда  полупустынный  ландшафт  за  окном  не  изменился,  лейтенант  окончательно  понял,  что  надпись  на  лобовом  стекле  автобуса  действительно  является  “надписю”  и  что  только  дурак  из  провинции  мог  “купиться”  на  рассказы  пузатых  полковников-москвичей  про  ротацию  в  Двенадцатом  главке.  В  Курчатов  приезжали  лейтенантами  и  пенсионно  “умирали”  в  нем  майорами.  Сразу  мучительно  вспомнилась  “Капитанская  дочка”  Пушкина.

КАНАЛИЗАЦИЯ

По  приезду  лейтенант  две  недели  ходил  представляться  в  штаб  соединения  и  усталые  кадровики  все  не  могли  придумать  куда  разместить  неожиданно  свалившегося  на  основании  их  заявки  в  Москву  120-го  лейтенанта.
Через  две  недели,  наконец,  придумали,  как  наказать  неожиданно  свалившегося  в  эту  дыру  лейтенанта  и  вручили  ему  предписание  явиться  в  теплотехнический  батальон  на  должность  заместителя  командира  теплотехнической  роты.
Нельзя  сказать,  что  лейтенант  сильно  мечтал  о  службе  в  трубопроводных  войсках,  которые  зловеще  сверкали  вентилями  на  петлицах  в  этом  роде  войск.
Будущий  командир  роты  с  пониманием  отнесся  к  “печальке”  лейтенанта  и  назначил  явку  лейтенанта  к  новому  месту  службы  на  завтра  в  9:00  у  третьего  канализационного  люка  с  краю  возле  универмага  военного  городка.  
За  две  недели  ожидания  назначения  лейтенант  уже  неплохо  ориентировался  в  городке  и  без  труда  на  следующий  день  в  назначенное  время  стоял  возле  люка  колодца,  в  который  вместе  с  подчиненными  деловито  погружался  их  командир.  
Размышляя  у  люка,  лейтенант  вспоминал  годы  учебы  в  училище,  освоенную  технику,  свои  романтические  сопли  по  поводу  героической  службы  Родине.
Родина  широко  распахнула  объятия    люка  и  запах  доносившийся  из  него  ознаменовал  новый  этап  в  жизни  лейтенанта.
Как  оказалось  впоследствии  именно  предчувствие  широко  открытого  люка  канализации  еще  двадцать  лет  службы  будут  бодрить  и  преследовать  лейтенанта  и  только  опасность  оступиться  и  упасть  в  такой  служебный  люк  будут  приводить  лейтенанта  в  постоянную  боевую  готовность  в  ожидании  очередного  подвоха  со  стороны  многочисленных  коварных  начальников.

ТЕОРИЯ  ОТНОСИТЕЛЬНОСТИ

Через  две  недели  службы  в  канализации  лейтенанта  вызвали  в  высокий  штаб  и  объяснили,  что  такой  же  новоиспеченный  лейтенант,  прибывший  с  семьей  отказался  служить  в  пустыне  на  “точке”  за  80  километров  от  военного  городка  и  чтобы  не  потерять  ценного  молодого  кадра  канализация  первого  холостого  лейтенанта  будет  заменена  ссылкой  в  пустыню  на  “точку”.  
Так  оказалось,  что  даже  в  Армии  круг  канализационного  колодца  еще  не  является  нижнем  кругом  военного  Ада  Данте.  Что  все  в  Армии  относительно  и  можно  легко  по  службе  провалиться  не  только  в  глубину,  но  и  в  ширину  пространства.
Так  лейтенант  из  геологии  переместился  в  географию.
И  следующие  три  года  лейтенант  мечтал  вернуться  в  уютную  канализацию  военного  городка  на  берегу  красивой  большой  реки,  где  над  люком  служебного  места  порхали  девушки  в  ситцевых  сарафанах  на  высоких  каблуках.
Так  лейтенант  понял,  что  все  в  Армии  относительно  и  что  даже  вместо  самого  неудачного  места  службы  всегда  можно  найти  еще  худшее.        

СИЛА  СЛОВА

В  училище  лейтенант  был  задиристым  тщеславным  курсантом,  который  никак  не  мог  поделить  внимание  политотдела  к  своей  особе    с  другим  выпускником  на  курс  старше.
Поэтому  на  выпуске  предшественника  лейтенант  поклялся,  что  через  год  выскочка-конкурент  Александр  Мачульский  облажается  и  будет  сдавать  ему  –  молодому  лейтенанту  свою  должность.
Год  последнего  курса  пролетел  быстро  и  незлобливый  лейтенант  быстро  забыл  о  скоропостижных  прошлогодних  клятвах.
Кадровый  орган  вежливо  попросил  заполнить  анкету,  где  бы  хотел  в  необъятной  Родине  начинать  свою  службу  лейтенант.  Все  что  писал  лейтенант  не  имело  к  службе  никакого  отношения  потому,  что  во  времена  заката  советского  коммунизма  военный  феодализм  уже  достиг  своего  апогея  и  потому  после  перечисления  групп  Советских  войск  в  Венгрии,  Польше,  Германии,  Чехословакии,  Киевского,  Закарпатского,  Одесского,  Прибалтийского,  Дальневосточного  военных  округов  лейтенанту  безапеляционно  предложили  побегать  с  автоматом  в  начинающемся  вооруженном  конфликте  в  Абхазии.
Нельзя  сказать  чтобы  лейтенант  был  трусливого  десятка,  но  он  понимал,  что  виноградные  национальные  территориальные  гроздья  уже  начали  стричься  окрепшими  молодыми  хозяевами  окраинных  национальных  огородов  и  что  распад  колхоза  уже  ничем  не  остановить.
Поэтому  служить  выжившему  из  действительности  председателю  Советского  Союза,  периодически  мешая  грузинам  и  абхазам  истреблять  друг  друга,  стоя  на  их  линии  их  огня  не  имело  никакого  смысла.
Лейтенант  попросил  в  политотделе  поискать  какое-нибудь  другое  героическое  место  для  службы  и  такое  место  быстро  нашлось.  Это  был  Двенадцатый  Главк,  холодно  попахивающий  ядерной  радиацией.  
Из  предмета  первого  курса  “Защита  от  оружия  массового  поражения”  лейтенант  твердо  помнил,  что  от  радиации  можно  умереть  гораздо  медленнее,  чем  в  разборках  гордых  горцев.  Поэтому  с  радостью  согласился  посторожить  остатки  Советского  ядерного  щита.
Из  Донецка  лейтенант  поехал  распределяться  в  Москву.  Из  Москвы  в  Казахстан  –  Семипалатинск  –  Курчатов,  а  из  Курчатовской  канализации  –  на  “точку”  Балапан  в  80  километрах  от  реки  в  пустыне.
При  представлении  нового  лейтенанта  в  части  весь  личный  состав  части  был  выстроен  на  плацу  и  командир  отдал  приказ:  “Для  сдачи  дел  и  должности  лейтенант  Мачульский  выйти  из  строя”.
Такой  вероятности  в  назначении  на  должности  в  огромном  маховике  кадрового  случайного  генератора  чисел  быть  не  могло.  Это  был  рок,  судьба  и  просто  магия  слова.
Два  лейтенанта  стояли  друг  напротив  друг  друга  с  широко  открытыми  от  удивления  глазами.      
За  прошедший  год  со  времени  расставания  до  своего  увольнения  лейтенант  Мачульский  успел  прослужить  верой    и  правдой  на  “точке”  в  пустыне.  Во  время  своего  дежурства  по  части  на  хоздвор  части  напали  вооруженные  казахи  с  карабинами  на  конях.  Подчиненные  солдаты  из  хозвзвода  позвонили  по  полевому  телефону  своему  командиру  Мачульскому,  чтобы  он  их  защитил.  Дежурный  стал  звонить  в  Курчатов  оперативному  дежурному  в  штаб  соединения,  а  тот  в  Москву  и  все  дежурные  передавали  друг  другу  осторожные  начальствующие  московские  сопли:  “Не  поддавайтесь  на  провокации”.  
В  общем  лейтенанту  Мачульскому  некогда  было  дожевывать  московские  сопли,  он  поднял  часть  в  ружье  и  повел  ее  цепью  в  наступление  по  пустыне  в  сторону  хоздвора,  который  находился  в  5  километрах  от  части.  Нападавшие  боевики  ретировались,  а  Мачульский,  как  герой,  с  почетом  был  представлен…  к  увольнению  за  бесчинства  по  отношению  к  местному  населению.
Так  разрешился  училищный  честолюбивый  спор  лейтнантов.  На  месте  Мачульского  прибывший  новый  лейтенант,  как  и  многие  другие  порядочные  лейтенанты,  сделал  бы  тоже  самое…      

ПЕРВОЕ  ПООЩРЕНИЕ

Первым  боевым  заданием  в  части  лейтенанту  было  приказано  представлять  часть  в  военном  городке  на  смотре  конкурса  цветов.  Лейтенант  старался  изо  всех  сил.  За  четыре  года  учебы  в  Донецке  он  обстриг  не  один  розовый  куст  ради  многочисленных  дам  сердца,  начальников  и  сдачи  зачетов.  Поэтому  первое  место  в  соединении  по  праву  было  присуждено  части  лейтенанта  среди  других  воинских  частей.  Командир  был  демократичен  и  приказал  записать  первое  поощрение  лейтенанту  “За  победу  в  конкурсе  цветов”.
Это  был  второй  удар  в  короткой  службе  лейтенанта  после  канализации.  С  такой  формулировкой  в  личном  деле  приличному  лейтенанту  приличнее  сидеть  в  канализации,  а  не  хвастать  победами  среди  боевых  товарищей.

ВИСЕЛЬНИК

Обстановка  на  “точке”  была  замкнутая  и  скучная,  поэтому  кто  умел  играть  в  преферанс  –  играл,  а  кто  не  умел  просто  пил.
В  один  из  таких  вечеров  позвонили  в  санчасть  из  общежития,  что  допившийся  зампотыл  вешается.  Доктор  был  очень  умным  и  поинтересовался  пьяный  ли  зампотыл.  На  другом  конце  провода  ответили,  что  “да”.  Тогда  доктор  разочаровано  произнес,  что  это  не  делирий  (авт.  Белая  горячка)  и  это  не  его  тема.  Вот  если  бы  он  трезвый  вешался  тогда  звоните…

КОТИК

Скука  на  “точке”  возбуждала  работу  фантазии,  которая  часто  приводила  к  похожему  результату.  Заступив  дежурным  по  части,  лейтенант  ночью  подкрался  к  дверям  узла  связи,  где  находилась  засекреченная  аппаратура  и  начал  под  дверями  мяукать,  проверяя  откроют  ли  солдаты  намертво  проинструктированные  посторонним  не  открывать  двери  на  узел  связи.  Через  5  минут  непрерывного  мяуканья  двери  неожиданно  распахнулись  и  лейтенант  был  обдан  ушатом  холодной  воды  с  ног  до  головы.  Он  был  уже  пятым  лейтенантом,  кто  играл  в  эту  старую  на  “точке”  игру.
Мокрый  “котик”  еще  долго  стоял  в  кромешной  темноте  с  пистолетом  в  руке,  которым  он  хотел  напугать  небдительных  солдат.

РЫБАЛКА

Развлечений,  как  известно,  в  военных  городках  не  много,  и  все  реальные  пацаны  встречались  на  рыбалке  на  берегу  Иртыша  за  ловлей  запрещенной  стерлядки.  Рыба  было  не  главное,  ну  конечно  побухать  и  красиво  кинуть  блесну  на  середину  реки.  Решил  однажды  наш  балапановский  офицер  назовем  его,  например  Ладошкин  (фамилия  изменена  автором  из  этических  соображений)  чтобы  не  отрываться  от  соленого  мужского  коллектива  тайно  съездить  в  Семипалатинск  и  купить  там  самый  дорогой  японский  спиннинг.  Кидать  блесну  он,  конечно,  не  умел  и  к  тому  же  был  обычным  сухопутным  валенком  служившим  на  “точке”  в  пустыне.  Как  быть?  Решение  пришло  само  собой.  Заступил  дежурным  по  части  на  Балапане  (80  км.  от  реки  в  пустыне)  и  решил  потренироваться  ночью  на  плацу  кидать  блесну,  когда  в  части  все  угомонятся.  Как  раз  за  этим  занятием  ночью  вышел  из  казармы  дневальный  Тюбетейка  и  обратил  внимание  на  странную  долговязую  фигуру  на  плацу  и  необычный  шум  катушки-дельфина  от  спиннинга.  Дневальный  был  смекалистый,  несмотря  на  то,  что  был  пойман  в  горах  очень  Средней  Азии  для  службы  в  Армии.  Он  доложил  дежурному  по  роте  сержанту,  что  капитан  Ладошкин  от  служебного  перенапряжения  сошел  с  ума  и  с  пистолетом  на  боку  ловит  при  луне  на  плацу  рыбу  на  удочку.  Дежурный  пошел  проверить.  Сведения  подтвердились.  Сообщили  ответственному  по  части.  Тот  долго  не  мог  понять  об  чем  речь,  а  когда  увидел-протрезвел...  Сообщили  оперативному  дежурному  по  полигону  про  ЧП  в  части.  Ответственный  по  полигону  приказал  создать  из  добровольцев  группу  захвата  для  обуздания  рыболова.  Из  Курчатова  выехала  комиссия  для  расследования  вместе  с  дежурным  врачом  из  госпиталя.  В  это  время  группа  добровольцев  во  главе  с  начмедом  части  открыла  охоту  при  рыбалке.  Ничего  не  подозревающий  дежурный  по  части  увидел  группу  крадущихся  посторонних  лиц  по  режимному  объекту.  После  чего  дал  предупредительный  выстрел  из  себя,  а  потом  и  из  пистолета.  Налетчики  были  окончательно  рассеяны.  Так  рыбалка  окончательно  переросла  в  охоту.  Казарма  начала  эвакуироваться  в  степь  через  задние  окна  казармы.  Дежурный  обошел  казарму  на  шум  и  увидел  учения  –  все  военнослужащие  бодро  бежали  в  степь.  Чтобы  ничего  не  пропустить  он  тоже  кинулся  их  догонять.  Такого  результата  по  “физо”  часть  давно  не  показывала  ни  на  одной  проверке.  Дежурный  поднажал  и  стал  догонять  крайнего  из  бегущих  бедолаг.  Тот  упал  на  колени  и  просил  его  не  расстреливать.  Из  допроса  военнопленного  ситуация  прояснилась.  Правда  со  стороны  все  заметили  захват  заложника  сошедшим  с  ума  дежурным  по  части.  Заложник,  скорее  всего,  под  угрозой  пистолета,  звал  остальных  сдаваться.  Начмед  решил  ценой  своей  жизни  спасти  ситуацию  и  часть  и  пошел  добровольно  заложником  к  дежурному  по  части.  Они  и  до  этого  часто  пили  в  санчасти.  Поэтому,  после  наркоза  хулигана  скрутили...  К  приезду  дежурной  группы  с  Курчатова  рыбак  уже  видел  сны  и  во  сне  он  поймал  вместо  “служебного  несоответствия”  очень  крупную  рыбу.  Потом  еще  долго  комиссии  из  выше  стоящего  штаба  при  приезде  к  нам  с  различными  проверками  требовали,  чтобы  мы  рассказали,  как  ловили  рыбу  на  плацу...    

МЕДАЛЬ

Бывает  в  Армии  и  такое.  Прислали  однажды  в  нашу  часть  медаль.  Нижнюю  по  рангу  боевых,  но  выше  юбилейных.  “За  Боевые  заслуги”  называется.  
Времена  уже  были  демократические  и  к  армейским  чудесам  стали  лавиной  нарастать  и  демократические.
Как  водится,  офицерское  собрание  село  делить  награду.
Подвигов  было  не  занимать:
Командир  был  боксером  и  в  воспитательных  целях  держал  две  пары  боксерских  перчаток  с  трафаретной  надписью  на  них  “ППР”,  что  должно  было  означать  партийно-политическую  работу.  Солдат  известное  дело  от  “профилактических  занятий”  отказаться  не  мог  и  к  десятому  раунду  переплыл  реку  Иртыш,  течение  которого  составляет  2  метра  в  секунду.  Этот  подвиг  остался  бы  незамеченным  широкой  общественностью,  если  бы  не  катер,  которым  бедолагу  возвращали  на  родной  берег  потому,  что  переплыть  такой  мощный  поток  назад  он  не  решался.
Замкомандира  решил  проучить  двух  солдат  и  приказал  командиру  взвода  летом  при  40  градусах  в  тени,  а  в  тени  в  пустыне  нет,  чтобы  они  одевали  ОЗК.  От  чего  через  20  минут  у  них  случились  необратимые  последствия  в  организмах  и  оба  несчастных  умерли,  а  счастливый  командир  взвода  сел  в  тюрьму.
Начальник  штаба  украл  на  стройке  машину  кирпича  и  унитаз,  за  что  был  осужден  судом  офицерской  чести,  на  котором  падкий  на  оригинальные  театральные  выходки,  начальник  полигона  выложил  машину  украденных  кирпичей  на  сцене.  По  средине  кладки  на  унитазе  восседал  сам  виновник.
На  чем  прокололся  замполит  никто  не  помнил,  а  кинобазу  он  распродал  уже  позже.
При  таком  отрицательном  сальдо  в  старшем  командовании  мнение  младших  офицеров  с  лучшими  подразделениями  в  соединении,  красно-дипломников  и  медалистов  в  училище  никого  не  интересовало.
Прапорщики  мирно  дремали  на  собрании  потому,  как  оно  называлось  офицерским  и  права  голоса  они  не  имели.
Сколько  не  складывали  голоса  голосующих,  но  необходимого  кворума  для  лауреата  указанной  медали  не  набиралось.  То  старшие  были  против  младших,  то  младшие  против  старших.  Все  уже  заметно  намаялись  и  тут  лейтенант,  который  и  без  того  был  темой  всех  “безмедальных”  совещаний  предложил:  “А  давайте,  дадим  медаль  командиру  хозвзвода  Валере  Мотову.”
Прапорщики  быстро  проснулись,  а  у  зампотыла  аж  дыхание  сбилось.
Подвиги  были,  конечно,  и  у  Валеры:
В  прошедшие  учения,  когда  части  за  проверку  светила  железная  двойка,  по  условиям  учения  со  стороны  хоздвора  на  часть  напала  диверсионная  группа.  Как  водится,  группу  мы  проморгали.  А  едущий  на  машине  с  “диверсантами”  и  посредниками  зампотыл  части  завидев  на  дороге  командира  взвода  прапорщика  Мотова,  радостно  ему  замахал  руками.  Мол,  давай  останавливай,  задерживай.  Прапорщик,  понимающе,  кивнул  головой  и  исчез  в  сторону  своего  хозяйства.  Когда  часть  ничего  уже  не  могло  спасти  на  разборе  учений  от  двойки,  в  штаб  ввалился  Валера  Мотов  и  спросил  у  проверяющих  можно  ли  доложить  зампотылу  о  выполнений  боевого  приказа.  Проверяющие,  удивленно  вскинув  брови,  разрешили.  Что  мог  исправить  прапорщик  из  свинарника  в  нашей  безнадежной  ситуации?  И  тут  Валера  начал  рапортовать  приложив  лапу  к  своем  нетрезвому  черепу:  “Товарищ  подполковник,  Ваше  боевое  приказание  выполнено.  Кабанчик  погиб,  защищая  часть  от  диверсантов.  Он  бросился  наперерез  проверяющим,  но  был  вовремя  нейтрализован  командиром  хозвзвода  и  теперь  ждет  их  в  баньке  для  подведения  итогов...”
Такого  оборота  никто  не  ожидал.  Комиссия  долго  тряслась  в  истерике,  а  потом  еще  долго  со  стаканами  в  руках  обнимала  нашего  командира  в  бане.            
Так  наша  часть  не  попала  в  передовики,  но  и  не  плелась  в  хвосте  соединения.
Так  как  при  новом  голосовании  уже  могли  подсчитываться  голоса  и  прапорщиков  со  “сверчками”,  медаль  с  подавляющим  перевесом  была  присуждена  Валере  Мотову.
После  торжественного  вручения  в  штабе  медали  Валера  задумчиво  побрел  к  себе  на  свинарник.  Там  он  подозвал  любимого  кабанчика  Борьку.  Налил  обоим  водки.  Потом  что-то  долго  рассказывал  кабанчику,  а  тот  доверчиво  терся  пятачком  о  ноги  Валеры.  За  это  Валера  снял  с  себя  медаль  и  повесил  ее  на  ленточке  Борьке.  Еще  неделю  Боря  гордо  встречал  Валеру,  тряся  медалькой  на  шее.  Борька  был  единственным,  кто  за  тридцать  безупречных  лет  службы  прапорщика  Мотова  в  Армейском  свинарнике  отнесся  к  Валере  по-человечески…
 
СКУЧНО

А  ничего  примечательного  в  нашей  рядовой  части  никогда  не  случалось.  Ну  что  может  случиться  в  отдельном  забытом  батальоне?...
Пьяные  пожарники  поехали  кататься  на  пожарной  машине.  “Заблудились”  и  попали  в  Семипалатинск  за  120  километров,  а  по  пути  изнасиловали  казашку  в  стойбище,  которая  две  недели  как  родила.
Солдат  тянул  трос.  Натянул  на  оголенный  силовой  кабель  и  его  убило  током.  
Старики  убили  молодого  солдата  и  спрятали  на  свалке  под  лист  железа.  Все  думали,  что  он  убежал,  а  после  оказалось  вона  оно  как  вышло.
Офицер  грузил  на  трейлер  технику  и  ему  оторвало  руку.
Красили  ночью  ворота  в  парке  и  солдат  сгорел  от  взорвавшейся  бочки  с  нитрокраской.
Солдат-биатлонист  на  почве  неуставных  взаимоотношений  расстрелял  караул  в  полном  составе  вместе  с  начальником  караула.  Бежал  на  лыжах.  Был  окружен  ни  зимовье.  Ранил  замполита  и  положил  при  блокировании  парочку  милиционеров.  Сам  застрелился,  когда  его  бомбили  с  вертольота  бочками  с  хлорпикрином.
Да  что  рассказывать.  Обычная  часть…

КОМИССИЯ

Как  то  зимой  к  нам  в  часть  приехала  высокая  комиссия  проверять  как  старые  офицеры  относятся  к  молодым  вновь  прибывшим.
Все  собрались  в  клубе  части  в  актовом  зале  и  слово  предоставили  самому  молодому  лейтенанту.  Лейтенант  вышел  за  трибуну  и  задумчиво  посмотрел  в  окно.  В  это  время  старый  козел  начмед  выгнал  абсолютно  голого  фельдшера  из  санчасти  на  мороз  в  воспитательных  целях.  Фельдшер  хотел  просочиться  в  санчасть  через  запасной  вход,  но  начмед  успевал  первым  добежать  внутри  санчасти  до  заветной  двери  и  они  так  соревновались  от  двери  к  двери.
Положение  усугублялось  тем,  что  с  вещевого  склада  вышла  начальница  склада  и  медленно  сокращала  расстояние  за  аспирином.
Фельдшер  слезливо  повис  на  ручке  двери,  умоляя  начмеда  спасти  фельдшера  от  позора.
Увиденное  так  вдохновило  лейтенанта,  что  он  быстро  перевел  взгляд  из  окна  на  командира  и  стал  бодро  рапортовать,  что  старики  в  части  как  отцы  молодым.  Что  нет  уже  больше  никаких  сил,  как  заботятся  о  молодых  в  этой  части  и,  для  пущей  убедительности,  даже  пустил  слезу.
Комиссия  с  командиром  была  очень  тронута,  а  у  лейтенанта  даже  после  этого  появилась  новая  запись  в  дисциплинарной  карточке  о  снятии  ранее  наложенного  взыскания.    

БАНЯ

Из  всех  военных  аттракционов  баня  стоит  особняком.  На  точке  это  главное  место  досуга,  далеко  позади  оставляющее  Диснейленд.
По  вечерам  офицеры  запасшись  алкоголем  и  противнями  жареной  картошки  набивались  в  баню.
Хорошим  тоном  было  из  парилки  выбежать  на  улицу  повалятся  на  снег,  но  молодой  фельдшер  почему-то  долго  не  возвращался.  Встревоженные  старики  вышли  на  улицу  его  искать.  Картина  была  очень  впечатляющая:  молодой  фельдшер  не  знал,  что  дверь  бани  на  пружине  открывается  наружу,  не  имеет  дверных  ручек  и  обита  листовым  железом.  По  этому  он  голый  как  бабочка  примерз  к  двери,  пытаясь  ее  толкнуть  своим  телом.
Потерпевшего  отлили  из  чайника  теплой  водой,  дали  ему  водки,  ею  же  обтерли  и  хорошо  отпарили.  Фельдшер  даже  не  заболел.
Все  подумали:  “Как  хорошо,  что  старый  козел  начмед  выгонял  его  раньше  голым  на  мороз”…

Однажды  лейтенант,  будучи  дежурным  по  части,  тоже  пришел  в  баню.  Спрятал  пистолет  под  лавку  и  долго  парился  со  всеми,  плавал  в  бассейне,  закусывал  с  противеня  алкоголь  и  удивлялся  вместе  со  всеми:  “Кто  же  дежурный  по  части,  если  все  в  бане?”
На  утро  он  трезво  смотрел  в  глаза  боевым  товарищам  и  утверждал,  что  в  общей  неразберихе  еще  не  такое  может  показаться.

Сидеть  в  парилке  дольше  командира  было  признаком  дурного  тона  и  когда  все  организованно  встали  с  насеста  прогнувшиеся  от  веса  сидящих  доски  сомкнулись  и  прищемили  нижнюю  часть  командира.  Командир  выпучив  глаза,  захрипел:  “Сделай  как  было”.  Его  долго  пытались  поднять  со  скамьи,  но  он  только  отбивался  и  не  мог  ничего  толком  пояснить.  Пока  разобрались  “сделать,  как  было”  прошло  некоторое  время.  После  спасения  командира  “Как  было”  уже  стало  не  такое  как  было  вначале,  а  сильно  опухло  и  мешало  ходить.  Еще  месяц  после  этого  командир  был  похож  на  кавалериста  с  широко  расставленными  ногами  и  покачивающейся  морской  походкой.

Однажды  старшие  командиры  взяли  в  баню  с  собой  “поварешек”,  работниц  столовой  то  есть.  Толи  их  там  перепутали,  толи  кто-то  из  них  не  у  того  “взял  интервью”,  но  начальник  вооружения  страшно  обиделся  и  в  состоянии  пьяной  задумчивости  кинулся  из  бани  в  оружейку  (авт.  Оружейная  комната)  за  автоматом,  чтобы  исправить  количество  счастливчиков  в  женском  банном  раю.
Ключи  от  всех  оружеек  были  заблаговременно  отобраны  дежурным  по  части  лейтенантом  у  дежурных  по  ротам  сержантов.
Это  было,  конечно,  явным  нарушением  Устава,  но  именно  оно  часто  в  Армии  приводит  к  сокращению  потерь.
Именно  об  этом  думал  дежурный  по  части  лейтенант,  стоя  за  караульной  будкой  КПП,  пока  начальник  вооружения  бил  дневального  по  КПП,  допрашивая  его,  где  дежурный  по  части.        

АРБУЗЫ  

Люблю  Армию  за  ее  неисчерпаемые  чудеса.  Свидетелем  одного  из  таких  чудес  был  и  наш  лейтенант.  Как-то  в  часть  заглянули  кооператоры  и  предложили  вырастить  вместе  с  ними  на  бахче  арбузы.  От  части  требовалось  несколько  солдат  в  “рабство”  и  две  пожарные  машины  для  полива  бахчи.
Через  несколько  месяцев  урожай  был  готов,  и  нам  разрешили  собрать  его  сколько  сможем.  И  мы  смогли…
Арбузами  был  забит  продсклад,  баня,  вещевой  склад,  санчасть,  штаб,  не  считая  мелких  каптерок.
Жизнь  в  части  замерла…  Часть  не  мылась,  не  менялось  белье.  На  продскладе  возникла  огромная  экономия  неукраденых  чая,  киселя,  овощей,  недоеденной  каши.
В  штабе  перестали  писаться  приказы,  но  весь  личный  состав  стал  писаться  целый  день…
В  санчасти  перевелись  больные  потому  как  “больным”  некогда  было  “косить”,  а  надо  было  точить  арбузы  на  всю  жизнь  вперед.
Никогда  в  жизни  лейтенант  не  ощущал  себя  червяком.  Теперь  сотни  “червяков”  в  части  высвобождали  жизненное  пространство:
Сначала  выели  штаб,  чтобы  было  куда  приходить  офицерам  на  работу.  Нельзя  же  проводить  весь  рабочий  день  в  столовой,  склонившись  над  арбузом  и  там  же  проводить  совещания.
Часть  месяц  не  мылась,  и  поэтому  сперва  решили  “выесть”  баню.
После  того  как  выели  баню  оказалось,  что  какой  смыл  мыться,  если  нельзя  поменять  белье?  Принялись  “выедать”  вещевой  склад.
Когда  все  казалось  выеденным,  нагрянула  высокая  комиссия  и  солдат  от  нее  по  привычке  заперли  в  подвале,  да,  только  забыли,  что  подвал  не  “выели”  и  стадо  “червяков”  принялось  коротать  время  за  поеданием  арбузов,  пока  высокое  начальство  тыкало  пальцем  в  стенды  и  указывало  недостатки.
Через  время  арбузы  начали  просачиваться  из  “червяков”  и  стадо  попыталось  вырваться  из  подвала.  Но  не  тут  то  было:
Подвал  во  избежание  неожиданностей  был  заперт  на  решетку.
У  нашего  лейтенанта  появилась  возможность  посмотреть  вживую  восстание  на  Броненосце  Потемкине  и  восстание  рабов  Спартака  в  одной  серии…
Когда  “рабы”  вперемешку  с  “матросами”  вырвали  клетку  своего  “Колизея”,  они  ринулись  из  подвала  в  туалет  первого  этажа,  высокое  начальство  было  сметено  из  коридора  и  занесено  стадом  в  туалет.
Под  радостные  стоны,  сняв  штаны  некоторые  воспитанные  “рабы”  свободной  левой  рукой  отдавали  высокому  начальству  честь,  а  невоспитанные  “матросы”  просто  салютовали  из  себя  высокому  начальству,  которое  с  оторопью  наблюдало,  как  Зигмунд  Фрейд  может  победить  любую  комиссию.      
От  двойки  часть  спасло  только  то,  что  вслед  за  удаляющимся  автобусом  комиссии  из  части  удалялся  грузовик  полный  арбузов…

РЯДОВОЙ  ИВАНОВ

Однажды  часть  решило  проверить  высокое  начальство  из  Главного  политического  управления  Министерства  оборони  СССР.  К  нам  на  вертольоте  прилетел  начальник  ГлавПУРа  Лизичев.  Чтобы  Вы  понимали,  что  это  было  в  ту  пору  –  Это  было  как  Дед  Мороз  летом  только  очень  суровый.
Вся  часть  во  избежание  неприятных  неожиданностей  убежала  на  стрельбище,  а  Дед  Мороз  пошел  в  роту  охраны,  где  были  собраны  все  национальные  окраины  необъятной  Советской  Родины.  
На  входе  в  казарму  его  встретил  возле  тумбочки  дневального  один  из  гордых  детей  таджикского  народа,  который  беспечно  спустившись  с  гор  за  спичками,  сразу  же  был  радостно  под  ручки  пойман  местным  военкомом  вместе  с  начальником  милиции  и  послан  в  Армию  посмотреть  необъятные  просторы  своей  Родины.
Боец  был  очень  добросовестным.  Он  был  заранее  освобожден  за  неделю  от  всех  занятий  и  работ  и  только  учил  доклад  дневального  наизусть.
Когда  Лизичев  зашел  в  казарму  таджикский  дневальный  бодро  оттараторил  форму  доклада  дневального  из  Устава  внутренней  службы  Вооруженный  Сил  СССР.  В  конце  начальству  почему-то  резануло  слух,  что  “тюбетейка”  с  раскосыми  глазами  представился  как  дневальный  “Иванов”.
Начальство  удивленно  попросило  показать  “Иванова”  его  военный  билет,  где  черным  по  белому  было  написано,  что  он  никакой  не  Иванов,  а  даже  очень  Берды-Оглы.
Начальство  нахмурилось  и  спросило:  “Почему  это  Вы  солдат  представляетесь  как  Иванов,  если  Вы  по  военному  билету  не  Иванов?…”
Тюбетейка  бодро  доложил,  что,  так  как  начальству  надо  докладывать  по  Уставу,  а  в  Уставе  написано  образец  формы  доклада  дневального  “Иванов”,  поэтому  чтобы  не  нарушать  требования  Устава  все  солдаты  в  Армии  “Ивановы”.
Начальство  не  ожидало  такого  поворота  и  такого  глубокого  знания  не  только  русского  языка  национальными  окраинами,  но  и  знания  Устава.  Тюбетейка  был  тут  же  представлен  к  отпуску,  а  начальство  важно  поспешило  к  своему  вертольоту.
Так  до  самого  дембеля    Берды-Оглы  был  в  части  Ивановым…    

Пионы

Как  уже  указывалось  раньше,  лейтенант  был  победителем  гарнизонного  конкурса  цветов,  о  чем  недвусмысленно  свидетельствовала  запись  в  его  служебной  карточке.  Опыт  в  составлении  икебана  лейтенант  имел,  а  копеечная  стоимость  букета  лишь  разогревала  и  без  того  не  остывающее  воображение  лейтенанта.  Гарнизон  закрытого  города  атомщиков  Курчатова  был  очень  консервативным.  И  все  в  нем  ели  каждодневные  консервы  из  офицерских  пайков.  
Спокойствие  гарнизона  было  взорвано  цветущим  во  всех  отношениях  лейтенантом,  который  в  редкие  посещения  городка  из  далекой  “точки”  своей  службы  накупал  на  местном  базаре  огромные  букеты  пионов  и  вручал  их  первым  встречным  красивым  девушкам,  ничего  не  прося  у  них  взамен.    
Такие  новости  в  закрытом  гарнизоне  бросались  в  открытые  окна  домов,  ароматно  пахли  на  работе  из  ваз  или  бросались  в  глаза  вероятным  соперницам  по  мужскому  вниманию.
Постепенно  в  городке  составился  рейтинг  цветочных  принцесс  –  обладательниц  неожиданных  сказочных  букетов.  Нельзя  сказать,  что  в  Армии  мало  кому  дарят  цветы,  но  это  явление  строго  протокольное  и  всегда  связано  с  какими-нибудь  праздниками-юбилеями.    Лейтенант-поэт  этим  был  не  связан  и  дарил  по-Есенински  хулигански  дерзко  и  по-рыцарски  галантно.
Так  же  неожиданно  стал  составляться  и  рейтинг  неудачниц,  не  вошедших  в  число  награжденных  такими  букетами.  Лейтенанта  стали  ждать  и  претендентки  на  букеты  были  готовы  на  многое,  чтобы  не  плестись  в  конце  турнирных  таблиц,  где  обычно  в  кинофильмах  после  списков  главных  актрис-героинь  шла  безликая  запись  массовки  “и  другие…”
Так  постепенно  лейтенант  стал  популярен  в  городке  как  Элвис  Пресли  и  его  очередное  появление  с  очередным  букетом  отслеживал  весь  городок,  тайно  вздыхая  и  перешёптываясь  у  лейтенанта  за  плечами  или  за  оконными  занавесками.
Городок  превратился  в  огромный  султанский  гарем  и  лейтенант-султан  чувствовал  себя  в  нем  всесильным  повелителем.  В  довершении  действа  молва  стала  приписывать  всем  обладательницам  сказочных  букетов  недвусмысленную  связь  с  лейтенантом,  а  бороться  с  всезнающей  молвой  скучающих  в  закрытом  городке  языков  пустое  дело.    
Поэтому  не  быть  с  лейтенантом  и  быть  с  ним  одновременно  пребывая  обладательницей  ароматного  букета  для  окружающих  было  одним  и  тем  же.  К  чему  тогда  бессильные  пустые  оправдания.  Повенчанные  молвой  красавицы  обреченно  дожидались  очередного  приезда  лейтенанта  из  “точки”  в  гарнизон.
После  отъезда  лейтенанта  для  дальнейшей  службы  на  Украину  в  гарнизоне  еще  долго  шли  “девичьи  войны”  между  беспринципными  доступными  букетными  победительницами  гарнизонного  конкурса  красоты  и  их  неудачницами  скромными  соперницами  обделенными  цветочным  признанием  и  потому  заслуженно  считающимися  в  гарнизоне  некрасивыми  хотя  бы  даже  на  том  основании,  что  они  просто  не  встретились  на  дороге  лейтенанту.            

Инициация

Во  всех  забытых  Богом  уголках  природы  нашей  планеты  у  всех  туземных  местных  народов  есть  свои  неписаные  обряды  инициации.  Не  было  исключением  и  место  службы  лейтенанта  в  Казахском  мелкосопочнике  среди  полупустыни.
Уважающий  себя  казах  должен  был  взобраться  на  коне  на  очень  крутую  сопку,  чтобы  с  нее  сидя  в  седле,  осматривать  в  бинокль  доверенную  ему  отару  и  прилегающие  живописные  ландшафты.
Проезжая  на  своем  Газ-66  по  степной  дороге,  лейтенант  неожиданно  увидел  на  соседней  сопке  сидящую  на  коне  человеческую  фигуру  в  казахском  национальном  костюме,  гордо  возвышающуюся  на  всей  прилегающей  окрестной  местностью.  Решение  созрело  мгновенно.  Оно  граничило  с  безрассудством,  отчаянным  риском  и  колоссальной  подготовкой  в  вопросах  выживания  в  экстремальных  условиях.  
На  кону  стояла  Армейская  честь  и  желание  уравнять  статус-кво  быстро  передалось  от  лейтенанта  к  сержанту  водителю.  
Дороги  в  Казахской  полупустыне  похожи  на  живые  папиллярные  узоры  на  человеческой  руке.  Однажды  проехав  на  автомобиле  по  тонкому  слою  дерна  на  пустынной  глине,  остается  след  на  долгие  десятилетия  как  от  вездехода  в  тундре,  срывающего  тонкий  слой  дерна  над  вечной  мерзлотой.
Это  напоминало  личную  подпись  смельчака,  который  свернув  с  проезжей  проселочной  дороги  потянул  свою  личную  ландшафтную  роспись  по  рядом  стоящей  сопке.  
Двойная  колея  от  Газ-66  дерзко  скользнула  на  сопку  с  проезжего  большака,  и  у  привыкших  ориентироваться  по  дорогам  в  пустыне  водителей  и  всадников  вызывала  заслуженное  потрясение  и  уважение.  На  сопке  красовалась  вертикальная  роспись  колес  смельчаков,  круто  уходящая  к  ее  вершине  с  невероятной  крутизной  уклона  начиная  от  середины  высоты  сопки.
На  деле  же  два  молодых  “долботехника”,  не  знающих  ни  местной  географии,  ни  страха  перед  неизведанным  упрямо,  взбирались  на  машине  по  сопке  вверх.  Начиная  с  середины  высоты  сопки  уклон  преодолевался  только  включением  обоих  мостов,  а  вид  из  кабины,  даже  привстав  на  месте  старшего  машины  и  схватившись  для  устойчивости  за  приваренную  впереди  рукоятку,  представлял  исключительно  необъятное  голубое  небо.  
Лейтенант  дал  команду  открыть  водителю  двери  и  ориентироваться  на  вертикальность  подъёма  машины  на  сопке  по  виду  земли  в  боковую  дверцу.  Тут  же  была  дана  команда  в  случае  опасности  срыва  машины  назад  или  в  бок  с  сопки  немедленно  покидать  кабину  автомобиля  через  заранее  открытую  дверь.  
Перед  самым  окончанием  сопки  подъем  усилился,  и  машина  едва-едва  преодолевала  метр  за  метром.  Вершина  сопки  представляла  из  себя  пятачок  метров  десять  и  едва  перевалившись  на  это  маленькое  плато  водитель  резко  нажал  на  тормоз,  чтобы  не  упасть  на  другую  сторону  сопки.
Мокрые  от  пережитого  лейтенант  и  водитель  вылезли  из  кабины  и  закурили.  На  соседней  сопке  невозмутимый  казахский  самурай  на  лошади  в  бинокль  безмятежно  рассматривал  местные  красоты  и  мирно  пасущиеся  доверенные  ему  стада.  Повернувшись  в  сторону  соседней  сопки  и  увидев  на  ней  неизвестно  откуда  появившуюся  машину,  всадник  привстал  на  стременах  от  удивления,  оторвал  взгляд  от  бинокля  проверив  зрением  напрямую  не  является  ли  это  оптическим  обманом  зрения.  Обман  не  только  не  исчезал,  но  и  нагло  курил  на  сопке  подтвердив  происходящее  росписью  колес  на  ее  спине.  Это  было  признание  и  вхождение  находящихся  на  сопке  в  такой  способ  в  сонм  местных  полубогов  охотников-следопытов.    
Переведя  дух  и  насладившись  неожиданно  упавшим  на  них  признанием  местных  аксакалов,  двое  безмозглых  военных,  не  имея  возможности  сдать  назад  на  маленьком  пятачке  сопки,  чтобы  спуститься  по  относительно  пологому  спуску,  продолжили  свой  подвиг  в  сторону  все  возрастающих  рисков  и  одновременно  возрастающего  от  этого  признания.
Как  берега  у  реки  сопки  имеют  похожую  конфигурацию.  Если  одна  сторона  подветренная  более  пологая  от  нанесенного  от  времени  ветром  на  нее  глины  и  пыли,  то  другая  –  более  отвесная  и  более  каменистая.  Спуск  с  вершины  сопки  на  противоположной  ее  стороне  представлялся  гигантской  лестницей  из  метровых  каменных  ступеней.  И  лейтенант  дал  команду  водителю  двери  не  закрывать,  а  в  случае  если  машина  начнет  падать,  или  у  нее  оторвет  один  из  мостов  или  лопнет  колесо,  то  сразу  выпрыгивать  из  машины.
Допадавши  до  самого  основания  сопки  казахского  мелкосопочника  на  одной  из  самых  неустойчивых  в  мире  машин  из-за  высоко  расположенного  центра  тяжести,  лейтенант  и  сержант  навсегда  вписали  свои  имена  среди  местных  национальных  авторитетов.  Из  машины  вылезли  двое  ошалелых  от  пережитого  военных.  Писать  уже  не  хотелось…
Позже  начальник  связи  части  лейтенанта  родом  из  близкого  ему  украинского  города  Смелы  на  абсолютно  горизонтальном  повороте  дороги  зимой  не  сбрасывая  скорость,  положил  на  бок  этот  же  Газ-66  и  с  победным  видом,  как  из  люка  танка,  вылез  через  верхнюю  дверцу  кабины.  Это  тоже  приблизило  его  к  сонму  местных  фольклорных  богов  с  загадочной  фамилией  Шульга,  что  по  украински  означало  Левша…    

Нашел  меня  солдат  по  Интернету,  чтобы  дополнить  нашу  с  ним  совместную  военную  биографию  во  всех  красках  и  деталях.  Конечно,  можно  было  что-то  и  приукрасить,  и  приврать  для  солидности,  но  солдат  уже  не  дембеле,  а  лейтенант  на  пенсии,  так,  что  такой  необходимости  у  обоих  нет.
Оба  мы  политиками  не  стали,  лица  не  публичные,  и  тапками  нас  за  потерю  несуществующего  авторитета  не  закидают,  а  интересные  истории  с  удовольствием  почитают,  а  таких  историй  нарыть  еще  можно  хоть  целый  мешок.  Вот  хотя  бы  как  мы  барсука  ловили…  (В  соавторстве  с  Андреем  Ам)

БАРСУК

Поехали  как-то  солдат  и  прапорщик  моей  роты,  наш  командир  хозвзвода  и  водила  на  “Кразе”.  Искали  стога  сена  украсть  у  казахов.  Сено  нашли,  загрузили  и  поехали  обратно  в  часть.  
И  тук  эта  ***  барсук,  выскочила  прямо  им  под  колеса  и  как  заяц  побежал  перед  машиной.  Тут  у  прапорщика  моментально  сработал  рефлекс  охотника  и  чувство  быстрой  халявной  наживы.  
Он  приказывает  водиле  давить  его.  Но  барсук  этот  подвох  прочувствовал  и  свернул  в  заросли  каких-то  кустарников.  
Тут  уже  прапор  стал  пинками  выталкивать  солдата  из  машины  прямо  на  ходу.  Чтоб  солдат  загонщиком  был  как  охотничья  собака.  Из  солдат  обычно  хорошие  “борзые”  собаки  получаются…
Выпрыгнул  солдат  из  машины  и  стал  шарить  по  кустарникам  в  поисках  беглеца,  пока  прапор  на  “Кразе”  пошли  на  очередной  боевой  разворот.  Солдат  оказался  шустрее  техники  и  барсук  был  им  обнаружен.  Барсук,  естественно,  опять  дал  деру,  а  солдат  за  ним  за  ним.  
Так  и  бегут  они  вдвоем  параллельными  курсами.  Движение  друг  друга  в  кустарнике  обозначают.  Солдат  начал  пинать  его  кирзовым  сапогом  под  дых.  Думал  может  выдохнется.  Но  на  бегу  исполнять  удары  ногой  в  стиле  карате  по  движущейся  мишени  не  совсем  удобно.  
Солдат  расстегнул  ремень  и  стал  дубасить  его  медной  пряжкой  по  голове.  Пока  они  вдвоем  с  барсуком  бегали,  “тяжелая  артиллерия”  –  “Краз”  вышла  на  свою  позицию  и  догнала  их.  
Барсук  выдохся  и  после  полученных  пинков  и  ударов  солдатской  пряжкой  по  башке  упал...
Радости  прапора  не  было  предела.  Солдат  с  прапором  с  трудом  закинули  эту  вонючую  тушу  в  кабину  и  тут  наша  история  полная  настоящих  военных  приключений  только  и  началась…
Залезли  они  обратно  в  кабину  “Краза”  усталыми  и  полными  радости  от  пережитых  эмоций.  Чувство  гордости  за  Советскую  Армию  переполняло  их  обоих!  Первый  раз  на  охоте  и  такая  удача!  Голыми  руками  сохатого  здоровенного  барсука  завалить!  Прапор  столько  комплиментов  солдату  наговорил,  хлопал  по  плечу,  чуть  ли  лобызаться  не  лез.  
Он  уже  потирал  руки  и  вспоминал  по  чем  принимают  в  скупке  барсучий  жир.  Охотничьи  амбиции  и  чувство  собственного  достоинства  были  удовлетворены  в  полном  объёме.  Объект  их  вожделения  лежал  у  них  под  ногами  и  не  подавал  признаков  жизни.  Интересно  какую  хрень  он  в  это  время  про  них  думал?  
А  может  просто  продумывал  хитроумный  план  побега.  Эта  идиллия  продолжалась  ровно  до  тех  пор  пока  “Краз”  не  доехал  до  ворот  нашего  КПП.  
И  тут,  эта  свиноподобная  скотина  с  клыками  саблезубого  тигра  зарычала,  ощетинилась...  и  прапор  с  солдатом  и  водителем  пулей  вылетели  из  кабины.  Это  уже  позже  они  узнали,  что  барсуки  как  крысы  в  случае  крайней  опасности  набрасываются  на  обидчиков  и  вгрызаются  в  них.  
Если  бы  они  знали  эту  особенность  их  поведения,  они  бы  знали,  что  первым  решил  поймать  его  их  лейтенант,  когда  случайно  заметил  барсука,  из  окна  сломавшегося  на  дороге  автобуса.  
Лейтенант  был  неробкого  десятка,  о  чем  уже  говорилось  выше,  и  он  решил  сапогами  запинать  нагулявшего  жир  к  зиме  30-ти  килограммового  барсука  ногами.  
Вы  видели  в  своей  жизни,  чтобы  в  деревне  30-ти  килограммовую  свинью  не  резали,  а  запинывали  ногами?  Нет?  И  свинья  не  видела,  и  уж,  тем  более,  барсук.
Поэтому  барсук  сначала  трусливо  убегал  и  получал  смелые  лейтенантские  пинки.  Спустя  некоторое  время  это  надоело  барсуку.  Он  пересмотрел  концепцию:  без  предупреждения  развернулся  на  ходу  и  кинулся  на  лейтенанта.  
Лейтенант  был  шустрым  потому  как  в  инженерно-испытательной  части,  где  он  служил,  медлительным  лейтенантам,  дослужившим  до  капитана,  запросто  отрывало  руки  вращающимися  механизмами  при  погрузке  техники,  или  их  расстреливали  сошедшие  с  ума  караульные  солдаты.  
Поэтому  лейтенант  быстро  сориентировался  и  побежал  в  другую  сторону.  Сначала  они  с  барсуком  бежали  вдоль  дороги,  но  по  ходу  лейтенант  вспомнил  про  спасительный  автобус,  из  которого  он  только  что  выпал.
Поэтому  слегка  поменяв  направление,  они  побежали  к  автобусу,  из  которого  за  лейтенантом  наблюдало  много  разного  “штабного  планктона”.
Мнения  пассажиров  автобуса  разделились:  закрыть  двери  сразу  и  досмотреть  финал  схватки  или  не  успеть  вовремя  закрыть  дверь  и  побороться  с  разъярённым  барсуком  в  автобусе.  Победила  женская  часть  автобуса,  что  лейтенантам  гораздо  мужественнее  совершать  подвиг  на  глазах  дам  под  окнами  автобуса-крепости.
Дав  два  круга  вокруг  автобуса,  барсук  посчитал  поведение  лейтенанта  неспортивным  и  удовлетворенный  победой,  побрел  к  своей  барсучихе.
Поэтому  снова  перенесемся  во  времени  и  вернемся  к  нашему  “Кразу”...
Со  стороны  КПП  дневальный  увидел  выпрыгивающих  из  машины  солдат  и  резво  бегущего  прапорщика.  Это  был  недобрый  знак  на  фоне  движущегося  на  встречу  на  первой  скорости  “Краза”.  
“Краз”  снес  ворота  и,  проехав  часть  насквозь  через  разбегающихся  солдат,  уперся  в  дерево  возле  заднего  КПП.
За  это  время  беглецы  успели  добежать  до  дневального  по  КПП  и  сообщить,  что  в  кабине  барсук.  
Дневальный  дружил  с  солдатом  из  столовой,  который  выпал  из  кабины,  и  знал,  что  тот  по  ночам  жарит  на  противне  коноплю,  после  курения  которой  из  печной  трубы  вываливаются  черти…
Поэтому  решил,  что  в  кабине  не  барсук,  а  “белка”  для  всей  компании.  В  Армии  быстро  ко  всему  привыкаешь  и  даже  солдата  трудно  чем-то  новеньким  удивить.
Поэтому,  когда  дежурный  по  части  позвонил  узнать,  что  случилось,  дневальный  сообщил,  что  трое  пассажиров  “Краза”  только  что  поймали  “белку”.
Дежурный  по  телефону  рявкнул  дневальному,  чтобы  к  нему  тотчас  доставили  “курцов”  и  “алкоголиков”.
Возле  штаба  перед  дежурным  на  его  вопрос:  “Кто  проехал  на  “Кразе”?”,  “курцы”  подтвердили  свой  диагноз,  сообщив,  что  “барсук”.  Дежурный  согласился  с  первоначальным  диагнозом  “белки”  и  вызвал  доктора  из  санчасти.
Нарушители  тем  временем  побежали  в  роту  охраны  и  стали  требовать  выдать  им  оружие,  чтобы  пристрелить  “барсука”,  захватившего  транспортное  средство.  
Пока  вязали  “барсуков”,  подоспел  и  доктор  с  успокоительными  в  шприцах...
В  это  время  уже  любопытный  дневальный  дальнего  КПП  решил  заглянуть  в  кабину  машины  из  которой,  как  ему  казалось,  выглядывал  какой-то  “мужик  в  папахе”.  Через  мгновение  “папаха”  выпала  из  машины  и  “папахивать”  стало  уже  возле  онемевшего  от  ужаса  дневального.  
Барсук  кинулся  искать  дыру  в  заборе,  а  очумевший  дневальный  стал  звонить  дежурному  по  части  о  том,  как  барсук  захватил  “Краз”  и  пытался  на  нем  скрыться  из  части.
Такой  эпидемии  дежурный  по  части  не  ожидал  и  в  ответ  только  тяжело  хватал  воздух  ртом.
Барсук  не  стал  разыскивать  знакомого  лейтенанта  в  части,  а  деловито  перебрался  через  найденную  дыру  в  заборе,  и  отправился  к  себе  домой.
За  участниками  приключений  приклеилось  погоняло  “бар-сучьи  дети”.
После  этого,  еще  долго  проверяющие  в  нашей  части  издевательски  интересовались  как  барсук  угнал  “Краз”…    

ЛОСЬ

Прапор  бухал  в  домике  у  солдат  хоздвора,  подальше  от  глаз  начальства.  Когда  кондиция  уже  наступила,  он  вышел  из  домика  и  вместо  несчастной  коровы  Машки,  мирно  пасущейся  во  дворе  хоздвора,  ему  причудился  лось.  
Прапор  быстренько  метнулся  за  своим  верным  карамультуком  (ружьем)  и  снайперским  выстрелом,  на  сколько  позволяло  его  нынешнее  состояние,  всадил  корове  дробь  в  филейную  часть.  
Корова,  которая  в  этот  момент  мирно  жевала  сено  и  даже  не  подозревала,  что  стала  лосем.  Получив  заряд  картечи  в  заднюю  часть,  как  горячий  нож  сквозь  масло,  корова-лось  прошла  сквозь  забор  хоздвора  из  сетки  рабицы  и  бодрым  галопом,  мыча,  унеслась  в  бескрайние  степи  Казахстана.  
Немного  протрезвев  и  оценив  содеянное,  прапор  пошел  с  повинной  к  командиру  части.  Что  было  в  кабинете  комбата  история  умалчивает,  и  прапор,  наверное,  узнал  о  себе  очень  много  интересного  и  нового  для  себя.  
Выйдя  на  улицу  из  здания  штаба,  наш  охотник-неудачник  побрел  в  сторону  автопарка.  Приказ  комбата  был  таков:  прапору  дали  8  часов,  “Уазик”  с  солдатом  и  сказали  без  коровы  в  часть  не  возвращаться.  
Эта  история  закончилась  хэппи-эндом:  Прапор  перевоплотился  в  следопыта  из  одноименного  романа  Фенимора  Купера  и  как  охотничья  собака  по  следам,  уходившим  далеко  в  глубь  континента,  выследил  маршрут  беглянки.
Через  несколько  часов  Машка  была  отловлена  и  привязана  к  фаркопу  машины.  Прапор  парадной  колонной  подошел  к  штабу,  празднично  обсыпав  коровьими  лепешками  территорию  перед  штабом.
Командир  части  с  крыльца  штаба  произнес  речь  о  том,  что  прапорщик  приносит  части  только  дерьмо  во  всех  его  смыслах.
После  торжественной  речи  беглянка  была  благополучно  возвращена  в  стойло  и  передана  для  прохождения  курса  дальнейшей  психологической  реабилитации  в  заботливые  руки  фельдшера,  а  водитель  “Уазика”  вывел  белой  краской  одну  звездочку  за  найденный  и  не  сбитый  трофей,  как  и  водитель  барсучьего  “Краза”.
Корову  еще  неделю  лечил  наш  фельдшер,  а  прапор  мычать  перестал  уже  надолго…

ХРЯК

Послали  двоих  солдат  из  нашей  роты  на  хоздвор  хряка  забивать.  Это  тоже  было  шоу!!!  До  сих  пор  весело  вспоминать.
Там  махровый  бандеровец  западенец  служил.  Все  хвастался  что  пулемет  в  огороде  маслом  прямо  сквозь  землю  поливает.  Когда  он  уехал  домой,  там  остался  боец,  который  не  умел  резать  хрюшек.  Вот  наш  зампотыл  и  послал  двоих  солдат  ему  в  помощь,  типа:  “Вы  повара,  умеете  с  ножом  обращаться”.  А  как  же.  Железная  логика...
Короче,  дал  им  приказ  зарезать  хряка,  который  там  всем  хрюшкам  “присовывал”.  Все  остальные  кабаны  там  уже  были  кастрированные.  А  когда  этот  состарился,  растолстел  и  стал  уже  для  такого  занятия  не  годным,  а  “Виагра”  кабанам  не  положена.
Пришли  солдаты  на  хоздвор,  стоят  смотрят  на  этого  монстра-бегемота,  который  кило  200  весил  если  не  больше.  Как  его  резать  никто  не  знает.  Он  же  добровольно  под  нож  на  операцию  без  наркоза  не  ляжет.  И  тут  сработала  солдатская  смекалка.  Нужно  его  сначала  вырубить  как  часового,  а  потом  уже  делать  с  ним  что  хочешь.  Это  как  языка  в  плен  вязать.  
Нашли  на  хоздворе  здоровенную  кувалду,  зашли  к  нему  в  загон.  Пока  один  отвлекал  хряка  жратвой,  второй  со  всего  размаху  врубил  ему  кувалдой  прямо  в  лоб  промеж  глаз.  
Но  бойцы  были  охотниками  неопытными,  хотя  у  одного  уже  был  за  плечами  опыт  вождения  с  барсуком.  Они  не  знали,  что  у  кабана  самое  крепкое  место  —  это  лоб,  который  иногда  даже  пуля  калибра  5,45  мм  не  пробивает.  
В  общем,  хряк  упал  толи  от  неожиданности,  толи  ему,  действительно,  было  неприятно  и  обидно  кувалдой  в  голову  получить...
Солдаты  уже  было  обрадовались,  стали  подходить  к  нему  с  ножом.  И  тут  эта  огромная  туша  очнулась  и  дала  им  понять,  что  сейчас  им  сделает  больно...
Норматив  по  “Физо”  солдаты  сдали  сразу  на  брильянтовую  медаль.  Они  и  сами  не  подозревали,  что  умеют  так  быстро  бегать  и  так  высоко  прыгать.  Через  три  секунды  они  уже  были  за  забором  загона,  но  страх  гнал  их  по  степи  еще  метров  50.
Хряка  потом  другая  команда  добровольцев  завалила  и  долго  потом  еще  радовалась,  что  на  нашем  хоздворе  не  оказалось  мамонта…  
(Спасибо  за  сотрудничество  и  воспоминания  Андрею  Ам).
     
ЕТТИ

Ну,  а  теперь,  уважаемые  читатели,  Вам  история  про  Балапановского  Йетти.  Решил  один  лейтенант  повеселить  тамошних  командиров.  И  в  начале  марта  одев  только  масхалат-КЗС-ку  убежать  развеяться  в  степь  широкую.  Днем  было  +18,  а  ночью  температура  упала  до  –10,  которая  у  живых  лейтенантов,  вышедших  голыми  ночью  в  степь,  случается  очень  редко.  Сначала  наш  герой  шел  по  линии  ЛЭП  в  сторону  совхоза  Чаган,  а  при  понижении  температуры  начал  бежать,  чтобы  согреться,  но  начал  сгущаться  туман,  да  и  начала  ныть  коленка  от  долгого  бега  при  перегрузке.  В  тумане  сначала  скрылись  столбы  ЛЭП,  а  за  ними  и  высоковольтные  провода  над  головой.  Тогда,  чтобы  выжить,  наш  герой,  как  Ежик  в  тумане  забирался  на  сопку,  с  нее  выбирал  направление  на  следующую  сопку  и  спускаясь  в  туман,  держал  выбранное  направление.  Между  сопок  оказалась  колония  кустов  перекати-поле.  Обходить  их  было  нельзя,  так  как  можно  было  потерять  направление.  Пришлось  лейтенанту  пробираться  через  колючки.  От  этого  процесса  сетка  КЗС-камуфляжа  начала  ворситься  и  со  стороны  лейтенант  казался  неизвестным  науке  чудовищем.  Когда  туман  поднялся  и  до  сопок,  лейтенант  вспомнил  как  спасаются  в  джунглях  заблудившиеся  путешественники:  они  находят  ручеек,  ручеек  впадает  в  ручей,  ручей  -  в  речушку,  речушка  -  в  большую  реку,  а  на  большой  реке  всегда  живут  люди.    Применив  аналогию,  лейтенант  поискал  маленькую  тропинку  в  степи,  которая  пересеклась  с  большой  дорожкой,  дорожка  -  с  дорогой....  Через  некоторое  время  он  услышал  шум  дизеля  в  вдалеке  и  запах  стойбища  скотоводов.  Облизав  палец  и  определив  направление  ветра,  лейтенант  пошел  на  ветер,  то  есть  запах  стойбища...  и  звук  дизеля.  Так,  как  по  санитарным  соображениям  стойбища  обычно  размещаются  на  сопках,  а  навоз  по  закону  всемирного  тяготения  течет  вниз  под  сопку,  не  избежал  этого  закона  и  лейтенант,  вскочив  модными  кроссовками  в  ***  и  окончательно  дополнив  свой  дикий  вид  еще  и  таким  же  запахом.  Когда  в  свете  прожектора  на  зимовку  вышло  нечто,  сказать,  что  у  работников  стойбища  и  местных  детей  был  столбняк  –  ничего  не  сказать.  Ноги  у  всех  присутствующих  от  увиденного  стали  ватными.  Кричать  не  было  сил.  В  свете  прожектора  в  тумане  чудище  казалось  больше  своих  естественных  размеров  и  воняло  неизвестным  в  науке  животным.  Поравнявшись  с  онемевшими  аксакалами,  Алмасты,  Ого-Пого,  Етти  заговорило  человеческим  голосом  смысл  которого  не  сразу  дошел  до  присутствующих  через  глубокий  шок.  Очнувшись  от  наркоза,  жители  стойбища  поняли  просьбу  чудовища  о  ночлеге.  Совет  старейшин  решил,  что  это  одичавший  воин-строитель.  Трясущегося  от  мороза  Робинзона  пустили  к  огню,  налили  огненной  воды  и  дали  еды.  Толи  от  водки,  толи  от  пережитого  чудище  быстро  уснуло.  рано  утром  Робинзон  зашевелился  и  спросил  дорогу  домой  в  часть  на  Балапан.  Старейшины  сильно  удивились  смелости  дикого  строителя,  который  не  испугался  пары  волков  живущих  в  дикой  степи.  Пришел  черед  напугаться  и  Робинзону,  так  как  он  ничего  о  местной  фауне  не  знал.  Старейшины  пожелали  чудовищу  счастливого  пути  и  выпихнули  трезвеющего  от  температуры  и  страха  Робинзона  в  обратный  путь.  Встреча  с  волками  в  планы  лейтенанта  не  входила,  поэтому  он  выдернул  из  одной  из  сопок  много  лет  назад  кем-то  там  забытую  торчащую  в  пустыне  большую  саперную  лопату,  чтобы  ею  отмахиваться  в  случае  нужды  от  волков.  Волки  удивились  увиденному  не  меньше  аксакалов,  хотя  при  встрече  от  Красной  Шапочки  подозрительно  воняло  навозом.  Еще  через  какое-то  время  пути  лейтенант  нашел  в  степи  бухту  тонкого  полевого  кабеля  П-58,  надел  ее  на  себя  и  тоже  потащил  из  хозяйственности  в  родную  часть.  Светлело.  Дневальный  вышел  из  части  к  забору  части,  где  находилась  мусорка.  Из  степи  двигалось  ворсящееся,  воняющее,  мычащее  с  похмелья  Йетти.  Пейзаж  дополняла  большая  лопата  на  плече  у  чудовища  и  бухта  кабеля,  что  говорило  о  недюжей  силе  пришельца  криптозоологии.  Пронзительный  крик  вырвался  из  груди  мужественного  защитника  Балапана  и  он  спотыкаясь,  побежал  за  подмогой.  Желающих  ловить  голыми  руками  Алмасты  не  нашлось.  Вскоре  чудище  само  зашло  в  казарму.  Дневальный  и  старшина  вяло  сползали  от  страха  по  стене.  Честно  говоря,  я  и  сам  приблизительно  так  представлял  себе  Советскую  военную  угрозу  в  суровых  западных  журналах  типа  “Солдата  удачи”.  Постепенно  онемевшие  люди  по  голосу  в  опухшем  чудовище  узнали  своего  лейтенанта-мутанта.  Поскольку  он  с  вечера  был  объявлен  во  всеполегонный  розыск,  его  искали  десятки  машин  и  один  вертолет.  О  происшедшем  быстро  доложили  в  соединение,  и  волшебник  с  вышестоящего  штаба  в  голубом  вертолете  вылетел  за  лейтенантом,  который  по  всем  расчетам  медиков  считался  уже  несколько  часов  как  умершим  лейтенантом  и  политработники  уже  несколько  часов  сочиняли  в  Москву  некролог  о  геройской  смерти  последнего  при  исполнении  карточного  долга.  Но  на  этом  история  не  кончается,  а  только  начинается  и  перемещается  в  город-герой  Курчатов.  

Герой  нашего  времени  

Тем  временем  высокое  спортивное  (судя  по  широким  лампасам  на  военном  трико)  начальство  допрашивало  в  штабе  замполита  части,  из  которой  убежал  лейтенант  о  возможных  странностях  и  отклонениях  в  поведении  лейтенанта:
–  Курит?
–  Нет!
–  Пьет?
–  Нет!
–  В  карты  играет?
–  Нет!
––  А  что  же  он  тогда  на  “точке”  у  Вас  делает?
–  Стихи  пишет…
–  Что?!  –  удивленного  переспросило  начальство.  Такого  подвоха  оно  не  ожидало.  –  И  как  же  его  медкомиссия  просмотрела.  И  куда  же  смотрели  политработники?
Медики  пристально  переглянулись  с  политработниками  и  доложили  высокому  начальству,  что  в  жизни  всегда  есть  место  подвигу,  не  предусмотренному  уставами.
Тем  временем  командир  части,  в  которой  служил  наш  лейтенант,  уже  строил  планы,  как  отвезет  Етти-лейтенанта  небритого  с  похмелья  в  костюме  мутанта  к  высокому  начальству  для  последующей  комисации  из  Армии.
Но,  как  всегда  бывает,  вмешался  случай.  Из  штаба  позвонило  начальство  и  нетерпеливо  потребовало:  “Дать  трубку  найденышу”.
Разговор  шел  о  самочувствии  лейтенанта  и  возможности  быстро  предстать  перед  глазами  высокого  начальства.  Так  как  начальство  было  из  гуманных,  оно  осведомилось,  завтракал  ли  лейтенант  и  приказало  ему  подкрепиться  потому,  как  с  обморочными  лейтенантами  говорить  не  о  чем.      
Тут  бы  командиру  части  взять  бы  да  с  ложечки  покормить  касатика-лейтенантика,  да  чванливость  сыграла  с  ним  злую  шутку.  Он  дал  лейтенанту  30  минут  на  завтрак.  А  зря.
За  это  время  лейтенант  успел  побриться,  помыться,  почистить  зубы,  взять  мятную  жевательную  резинку,  освежиться  одеколоном,  одеть  аккуратно  выглаженную  форму  с  отполированными  хромовыми  сапогами  и  с  видом  победителя  соцсоревнования  прибыл  к  вертолетной  площадке,  чтобы  помочь  погрузить  обессилившее  от  увиденного  тело  своего  командира  части  в  вертолет.
Вертолет  уже  был  полон  разного  калибра  военноначальников.  Лейтенант  поинтересовался  где  же  их  столько  нашли  в  воскресный  день.  Оказывается  мобилизационный  план  их  сбора  бы  до  гениальности  прост.  Чтобы  не  посылать  по  всему  городу  посыльных  и  не  загружать  коммутатор  лишними  телефонными  звонками  дежурную  машину  подогнали  к  бочке  с  пивом  у  гастронома.  В  очереди  с  красными  носами  была  представлена  почти  вся  штабная  фауна,  которой  быстро  набили  машину.  Штабные  пузыри  в  домашней  одежде  комично  смотрелись  в  салоне  вертолета  на  фоне  безупречного  лейтенанта.
Долетев  с  Балапана  80  километров  до  города  Курчатова  вертолет  плюхнулся  на  аэродром,  а  к  трапу  быстро  подогнали  штабную  машину.  Начальники  по  должностным  весовым  категориям  важно  спускались  по  трапу  и  занимали  места  в  служебном  автомобиле.  Последним  из  вертолета  показался  лейтенант-победитель  и  по-гагарински  приветственно  помахал  встречающим  его  на  аэродроме.  Толпа  встречающих  восхищено  ахнула.  Начальники  нетерпеливо  замахали  руками  лейтенанту,  чтобы  он  садился  в  машину.  
Подойдя  к  машине,  выяснилось,  что  она  уже  полна  важных  чинов  и  лейтенанту  места  в  ней  не  оказалось.
Началось  препирательство  начальников,  кому  уступить  место  в  машине  лейтенанту.  На  что  отличник-лейтенант  резонно  ответил,  что  не  может  сесть  в  машину,  так  как  по  уставу  не  положено  старшим  воинским  начальникам  уступать  место  лейтенантам,  даже  таким  отличникам  как  он.
Аэродром  ревел  от  счастья.  Гарнизон  был  закрытым  и  развлечения  там  встречались  редко.  В  конце  концов  начальники  пожертвовали  менее  значимым  чином  и  лейтенант  как  ВИП-особа,  окруженная  свитой,  поехал  в  штаб  соединения  на  высокую  беседу.  Так  как  день  был  воскресный,  а  по  воскресениям  генерал-лейтенанты  начальники  полигонов  обычно  лейтенантов  не  принимают,  то  лейтенанта  ждал  заместитель  начальника  полигона  по  политической  части  в  чине  генерал-майора.
Стороны  быстро  обменялись  мнениями  по  текущему  вопросу  из  чего  лейтенант  узнал,  что  перед  дембелем  он  еще  успеет  оплатить  не  только  стоимость  бочки  с  пивом  возле  гастронома,  но  и  двух  тон  керосина  для  вертолета,  которым  его  искали.
Как  и  ожидалось,  отличник  по  окончании  беседы  был  отправлен  на  гауптвахту.  
Офицерские  камеры  не  запираются.  Гауптвахты  находятся  обычно  при  комендатурах,  куда  и  пошел  лейтенант  смотреть  телевизор  и  узнать  городских  новостей.  Но  так  как  он  был  главной  ТОП-новостью  года,  то  в  комендатуре  уже  была  собрана  пресс-конференция  из  всего  мелкозвздного  офицерского  планктона  из  соседнего  офицерского  общежития,  чтобы  послушать  рассказ  лейтенанта  из  первых  уст.  Легенды  и  слухи  в  городке  распространялись  быстрее  сигналов  оповещения  тревоги  или  гражданской  обороны.  И  поэтому  слух  о  том,  что  лейтенант  пожертвовал  собой  ради  высоких  идеалов,  протестуя  против  чего  там,  упал  на  благодатную  почву,  ширился  и  обрастал  интересными  подробностями.
Еще  не  закончилась  импровизированная  пресс-коференция,  а  у  ворот  комендатуры  уже  стояла  толпа  женщин  желающих  лично  поддержать  героя  и  передать  ему  скромную  гастрономическую  посылку  для  поддержания  сил  в  его  нелегкой  борьбе.  Женщины  верили,  что  лейтенанта  непременно  за  что-то  там  высокое  уволят  из  Армии,  посадят,  а  если  повезет,  то  и  расстреляют.  И  поэтому  каждая  хотела  быть  первой  на  свидании  с  осужденным,  а  если  повезет,  то  и  “первой”  у  лейтенанта.  
Используя  свое  семейно-служебное  положение  в  конкурсе  вакансий  на  первоочередность  захода  на  гауптвахту  победила  жена  коменданта.
С  ее  распоряжения  началось  явной  нарушение  устава,  так  как  лейтенанта  начали  “запирать  в  камере  с  прихожанками”.  К  глубокой  ночи  лейтенант  совершенно  выбился  из  сил  и  стал  всерьез  подумывать,  чтобы  остаться  в  Армии,  раз  уж  она  его  так  сильно  любит  и  не  отпускает.
Под  утро  понедельника  счастливого  лейтенанта  со  шлейфом  запаха  тонкой  французской  парфюмерии  под  конвоем  повели  к  начальнику  полигона.

ЗАГОВОР

В  приемной  уже  сидели  командир  части  лейтенанта  со  своими  заместителями.  Ординарец  вызвал  лейтенанта,  и  отличник  скрылся  за  тяжелой  обитой  дверью.
Начальник  полигона  кричал  о  том,  что  никому  не  позволит  нарушать  полигонные  беспорядки  и  лихорадочно  пытался  подыскать  лейтенанту  уголовную  статью  за  воинские  преступления,  но  не  мог  выбрать  ничего  конкретного  и  в  конце  концов  устал,  свалился  в  кресло,  налил  коньяку  себе  и  лейтенанту  и  попросил  лейтенанта  рассказать  как  же  все  было  на  самом  деле.
Такого  творческого  подъема  у  лейтенанта  не  было  давно.  Он  вспомнил  все,  что  читал  о  восстании  на  броненосце  “Потемкине”  и  вдохновленный  рассказами  восхищенных  женщин  ему  самому  о  его  же  мнимом  подвиге  начал  выступать.  Это  был  патетический  рассказ  с  отрывками  из  шекспировского  “Гамлета”,  речи  Георгия  Димитрова  на  процессе  о  поджоге  коммунистами  Рейхстага,  сводящегося  к  обвинению  плохих  командиров,  которые  истребляют  молодых  лейтенантов,  применяют  к  ним  неуставные  взаимоотношения  и  унижения,  социальную  несправедливость,  ставят  “через  день  на  ремень”  старшими  куда  пошлют,  вечными  бессменными  дежурными  чего-нибудь  и  даже  унизили  боевого  лейтенанта  отличника  объявив  его  победителем  конкурса-выставки  цветов.  Ну  и  конечно,  лейтенант  был  наслышан,  что  начальник  полигона  на  дух  не  переносит  своего  замполита,  поэтому  досталось  и  замполиту  части,  который  всему  “потакал”  и  “организовывал”    и  замполиту  полигона,  который,  чтобы  скрыть  правду  от  общественности  и  принять  своевременные  меры  по  устранению  всего  негативного  на  полигоне,  запер  коммуниста-борца  с  кричащей  несправедливостью  в  застенках  гауптвахты.
Расстроенный  начальник  полигона  поинтересовался:  “Неужели  нет  ни  одного  порядочного  старшего  офицера  в  вашей  части?”
“Есть  такой”  –  гордо  ответил  лейтенант.  –  “Это  наш  начальник  штаба.  Его  все  гнобят  за  желание  навести  порядок  в  части  и  поддержать  молодых  офицеров.”  Ну  и  конечно  же  фамилию  назвал.
Генерал  приказал  лейтенанту  идти  домой,  а  сам  занялся  расправой  с  сидящими  в  приемной  начальниками.
Через  месяц  в  части  сменились  командир,  замполит,  заместитель  командира  и  еще  парочка  начальников.  Командиром  части  назначили…  начальника  штаба,  который  еще  до  побега  обговорил  с  лейтенантом  план  дворцового  переворота.  На  скептические  возражения  начальника  штаба  лейтенант  отвечал,  что  тот  ничем  не  рискует,  и  в  худшем  случае  уволят  лейтенанта,  который  свою  скучную  жизнь  в  пустыне  отдал  за  своего  патрона.    

ЭПИЛОГ

Прошло  два  счастливых  лейтенантских  года.  На  погоны  уже  капнула  еще  одна  маленькая  звездочка,  сорвавшаяся  с  чернильного  пера  далеких  Московских  кабинетов.  Лейтенант  уже  успел  несколько  раз  перемениться  в  должностях  и  карьера  соответствовала  его  веселому  настроению.  Караулы,  дежурства  сменились  приятными  командировками.  Сослуживцы,  собравшись  у  автобусной  остановки,  не  раз  пугливо  замечали,  как  лейтенант  озорно  тычет  дулю  новому  командиру  части,  а  тот  в  ответ  лишь  загадочно  улыбается.  Так  они  мирно  просуществовали,  пока  счастливый  командир  не  подготовил  документы  и  посадил  своего  лейтенанта…  в  поезд  и  отправил  его  на  Украину  листать  следующие  романические  страницы  военной  службы.


2014  Дмитрий  Дробин

адреса: http://www.poetryclub.com.ua/getpoem.php?id=600162
Рубрика: Лирика
дата надходження 17.08.2015
автор: Дмитрий Дробин